Год банкротств и господдержки - Новости - Инфралекс

Год банкротств и господдержки

В канун Нового года партнеры и юристы «Инфралекс» традиционно подводят итоги года уходящего. В центре внимания оказались громкие дела о банкротстве – процедуры начались в авиакомпании «Трансаэро», в «СУ-155». Начавший действовать закон о банкротстве граждан привел к появлению первых банкротов – депутата Госдумы, известных владельцев бизнеса. Другой тенденцией стало расширение влияния государства в экономике, усиление роли Федеральной антимонопольной службы (ФАС) и появление новых правил взаимодействия бизнеса и власти.
Фото с сайта rus-img2.com

Закон о банкротстве граждан стал событием и прошлого, и нынешнего годов. Закон приняли в конце декабря 2014 года, его вступление в силу ожидалось 1 июля 2015 года. В июне, однако, закон в спешном порядке исправили (в последний момент решили, что дела о банкротстве граждан должны рассматривать все-таки арбитражные суды) и отложили вступление в силу до 1 октября 2015 года. С этой даты закон начал действовать, а первыми банкротами стали далеко не рядовые граждане – депутат Госдумы от «Справедливой России» Олег Михеев и его супруга (общий долг депутата оценивается в 9,5 млрд руб.), бывший владелец Черкизовского рынка в Москве и фешенебельного отеля Mardan Palace в Турции Тельман Исмаилов.

Закон о банкротстве граждан стал еще и образцом законодательной моды: июньские поправки не оформлялись в виде самостоятельного законопроекта и не принимались в трех чтениях. Обновленный текст закона «пристегнули» к законопроекту, приблизительно подходящему по смыслу, – о банкротстве в Крыму и Севастополе. На этапе второго чтения в этот проект без лишнего шума «вбросили» новую редакцию закона о банкротстве граждан. Такая ускоренная законодательная технология использовалась и ранее, но в этот раз стала особенно заметной.

Тема банкротства и ускоренных законодательных технологий напомнила о себе и в конце года: правительство спешно пытается поправками ко второму чтению отменить саморегулирование деятельности операторов электронных площадок, на которых продается имущество предприятий-банкротов. Саморегулирование, введение которого предусмотрено с 1 января 2016 года, заменяется на госрегулирование, а операторы электронных площадок должны стать универсальными, то есть проводить торги в процессе банкротства, приватизации, а также при закупках.

Тенденция к усилению госрегулирования проявилась и в ужесточении контроля над закупками, и в расширении уголовного преследования. В июле появилось небольшое изменение в Уголовном кодексе (УК): ответственность за «преступления против государственной власти, интересов госслужбы и службы в органах местного самоуправления» (гл. 30 УК) распространилась на руководителей госкомпаний, государственных и муниципальных унитарных предприятий (ГУПов и МУПов), а также акционерных обществ, контрольный пакет акций которых принадлежит государству либо муниципалитету.

Знаковым стало и усиление мегарегулятора – Федеральной антимонопольной службы (ФАС). В июле к ней была присоединена Федеральная служба по тарифам (ФСТ), политику которой глава ФАС Игорь Артемьев уже предложил «повернуть на 180 градусов». По словам главы ФАС, тарифы должны не перекладывать «раздутые издержки неэффективных национальных чемпионов» на потребителя, а должны стимулировать снижение издержек. В перспективе, считает Игорь Артемьев, от естественных монополий необходимо перейти к инфраструктурным.

Государство, впрочем, не может обойтись без частного капитала. Событием уходящего года можно считать принятие закона о государственно-частном партнерстве (ГЧП) и муниципально-частном партнерстве, добавленном в последний момент. Основная цель закона – создать правовую базу для развития проектного финансирования и bankability ГЧП-проектов. Закон вступит в силу с 1 января 2016 года.

5 января 2016 года вступит в силу другой важный закон, принятый осенью и влияющий на отношения бизнеса и власти, - «четвертый антимонопольный пакет», изменяющий закон «О защите конкуренции». Поправки существенно меняют, в частности, процедуру рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства, процесс доказывания и порядок обжалования решений антимонопольных органов на местах.

В уходящем году был принят и начал действовать наиболее революционный блок изменений в Гражданский кодекс РФ (ГК) – поправки в общую часть обязательственного права. Эти изменения заимствуют, в частности, ряд институтов английского права – например, обязательство возместить потери, возникшие при определенных в договоре обстоятельствах (аналог английского indemnity). Новые нормы и их формулировки, однако, уже вызвали немало проблем и споров. Теперь слово за Верховным судом РФ (ВС), который готовится дать толкование этих новелл.

Более ранние новеллы ГК пленум ВС уже разъяснил: 23 июня было принято постановление № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». Постановление содержит разъяснения основных положений ГК, норм о физических и юридических лицах, объектах гражданских прав, о сделках и их недействительности, решениях собраний, представительстве и доверенностях.

Среди решений Конституционного суда РФ (КС) наиболее важными стали постановление от 31 марта по проблеме оспаривания ведомственных правовых актов, обладающих нормативными свойствами, и постановление от 27 октября, касающееся вкладчиков банков. Теперь рассмотрение ведомственных актов, формально не являющихся нормативными, но обладающих нормативными свойствами, предлагается отдать в компетенцию ВС, однако такое решение вызывает споры. Постановление от 27 октября существенно усилило защиту добросовестных вкладчиков от нарушений, допускаемых банками. Впрочем, ВИП-вкладчики лопнувших банков, размещавшие денежные средства на особых условиях, безусловной защиты не получили. 

Поделиться